libelli_nestor (libelli_nestor) wrote in anticlericalism,
libelli_nestor
libelli_nestor
anticlericalism

Коль сапоги начнет тачать чиновник...

Минувшим днем на сайте "Единой России" появилось сообщение:

28 июня 2013, 17:17

Железняк - о сроках принятия закона о санкциях за оправдание нацизма


Главная задача парламента – качественно сформировать изменения в законодательстве по этому вопросу, считает вице-спикер Госдумы

Перед парламентом не стоит задача во что бы то ни стало принять закон об ответственности за оправдание нацизма до конца текущей сессии. Такое мнение высказал в пятницу, 28 июня, замсекретаря Генсовета «Единой России», вице-спикер Госдумы Сергей Железняк.

Тем не менее, сообщил парламентарий, закон об уголовной ответственности за реабилитацию нацизма и оправдание фашизма будет принят до конца года.

По словам Железняка, основная цель данного законопроекта – «пресечь попытки под различными лукавыми предлогами реабилитировать преступления нацистов во время Великой Отечественной войны, пытаться пересматривать итоги Второй мировой войны, клеветать на наших воинов, которые сражались за нашу Родину».

«Законопроект направлен против тех, кто пытается сейчас рассуждать о том, что было бы лучше для России – победил бы Гитлер или проиграл», - отметил зампред Госдумы, подчеркнув, что для России подобные рассуждения и высказывания непозволительны.

«Особенно это важно, так как уже уходят ветераны, и все меньше остается свидетелей тех страшных событий, и нам нужно, чтобы молодежь знала реальную картину той страшной войны, не подпадала под влияние, которое пытаются нам сформировать извне, и чтила память дедов и прадедов, благодаря которым и мы, и они живы», - цитирует Железняка ИТАР-ТАСС

Он также отметил, что перед Госдумой не стоит задача одобрить законопроект любой ценой в весеннюю сессию, тем более, что осталась одна неделя. «Я думаю, что главная здесь задача – качественно сформировать изменения в законодательстве, и, надеюсь, что до конца года – в осеннюю сессию – мы его примем».

http://er.ru/news/2013/6/28/peresmotr-itogov-vtoroj-mirovoj-vojny-nepriemlem-zheleznyak/

Закон, по-моему, дурацкий и ненужный. Возможно, что-то подобное, в цивилизованной, а не в озвученной угрюм-бурчеевской форме, было в какой-то мере полезным лет 5-10 назад, но сейчас отношение к ревизионистам научно-исторического сообщества становится все более насмешливым. Этих клоунов почти совсем перестали принимать всерьез, они сами себя вполне дискредитировали.
Но только что наш бравый принтер принял другой закон - о защите прав верующих. И тут получается загвоздка.
17 мая 2007 года Алексий II и Первоиерарх Русской Зарубежной Церкви митрополит Лавр подписали Акт о каноническом общении, восстановивший, по постановлению Священного Синода РПЦ, "единство внутри Поместной Русской Православной Церкви". Между тем, часть приходов РПЦЗ предпочла воздержаться от общения с Московским Патриархатом, объединившись вокруг епископа Агафангела, и провела 18 ноября 2008 года в Нью-Йорке V Всезарубежный Собор РПЦЗ, на котором избрала митрополита Агафангела Первоиерархом РПЦЗ, а еще одна часть присоединилась к Русской Истинно-Православной Церкви и к греческим старостильным юрисдикциям. ( http://ru.wikipedia.org/wiki/%C0%EA%F2_%EE_%EA%E0%ED%EE%ED%E8%F7%E5%F1%EA%EE%EC_%EE%E1%F9%E5%ED%E8%E8 )
Вскоре затем церковный историк, член Комиссии по канонизации святых Санкт-Петербургской епархии (выведен из Комиссии по распоряжению митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского Владимира от 6 августа 2009 г.), профессор Петербургской духовной академии протоиерей Георгий Митрофанов выпустил сборник своих статей и проповедей "Трагедия России. "Запретные" темы истории ХХ века", где развил взгляды на власовское движение А. И. Солженицына, представленные в его книге "Архипелаг Гулаг", изучаемой в курсе литературы в российских средних школах. Презентация прошла 22 июня (обратите внимание на дату!) 2009 г. в петербургском книжном магазине "Буквоед", расположенном на площади Восстания.
"Трагедия Власова заключалась в том, что предателем он действительно был, но не в 1942 году, а в 1917-м, когда будучи еще совсем молодым человеком, он сделал свой выбор, пойдя служить в Красную Армию. А в годы Второй мировой войны, он попытался перестать быть предателем той России, которую он предал в годы войны гражданской, повернув свое оружие против Сталина. Поэтому трагедия Власова заключается в том же, в чем заключается трагедия более чем миллиона советских граждан, воевавших на стороне Германии от отчаяния, от боли за ту страну, которую у них методично отнимали все 20 лет советского периода", – заявил на презентации своего сборника протоиерей Георгий Митрофанов.
Власову, продолжил он, "было просто страшно, ведь у нас сформировался такой офицерский корпус, который боялся собственного начальства больше, чем противника. Исходя из этого страха, многие наши генералы воевали таким образом, чтобы спасти свою жизнь ценой неимоверного числа жизней собственных солдат. Отсюда такое страшное соотношение потерь" ( http://rusk.ru/st.php?idar=183713 ).
В современной государственной идеологии России А. И. Солженицын встал на место, прежде занимавшееся классиками марксизма-ленинизма. Поскольку его взгляд на власовское движение заслуживает, по меньшей трепетно-почтительного отношения, депутаты фракции "Единая Россия" несколько отступают здесь от собственной генеральной линии.
Между тем, вот Отзыв Архиерейского Синода РПЦЗ на книгу  протоиерея Георгия Митрофанова  «Трагедия России. Запретные темы истории ХХ века» (НЬЮ-ЙОРК: 8 сентября 2009 г.):
"В Русском  Зарубежье, частью которого стали и  уцелевшие участники РОА, ген. А.А. Власов был и остается своего рода символом сопротивления безбожному большевизму во имя возрождения Исторической России. Возможно ли было в условиях, в которых пришлось действовать ген. А. А. Власову и «власовцам», поступать иначе? Мы надеемся, что в будущем русские историки отнесутся к тогдашним событиям с большей справедливостью и беспристрастностью, чем это происходит в наши дни.
Тем не менее, на вопрос: «Был ли ген. А.А. Власов и его сподвижники – предателями  России?», мы отвечаем – нет, нимало. Все, что было ими предпринято – делалось именно для Отечества, в надежде на то, что поражение большевизма приведет к воссозданию мощной национальной России. Германия рассматривались «власовцами» исключительно как союзник в борьбе с большевизмом..." ( http://www.russianorthodoxchurch.ws/synod/2009/9mitrofanovstatement.html )
Таким образом, Митрофанов не выдал отсебятину церковного историка, но выразил официальную позицию части единой Поместной Русской Православной Церкви - РПЦЗ.
Напомню позицию РПЦ МП, озвученную патриаршим местоблюстителем Сергием 22 июня 1943 г.:
"Братья и сестры, временно находящиеся в горькой неволе фашистской оккупации! Родина никогда не забывает вас и делает все возможное, чтобы скорее освободить вас. Но и вы должны всячески дорожить почетным званием гражданина родной страны и даже не иметь в мыслях изменить своему долгу перед ней. Предлагаемая немцами или их приспешниками соблазнительная возможность каким-нибудь нечистым средством благополучно устроить себя и при фашистской власти должна быть органически противна вам. От вас зависит не дать возможности оккупантам сытно и безопасно устроиться на русской земле, препятствовать им вывозить к себе в Германию оружие и запасы всякой продукции и, тем более, уводить сотни и тысячи советских граждан в фашистскую неволю, то есть на верную гибель. Вы, как верные чада Русской Православной Церкви, должны покрыть презрением и ненавистью всех тех, кто пошел на услужение фашистам и тем самым изменил родине и матери-Церкви.
Каждый из вас, как истый патриот, должен быть всецело с партизанами и если не прямо участвовать в их рядах, то всеми способами им содействовать. Одним словом, вы всегда должны жить надеждой своего скорого освобождения советскими войсками и быть готовыми с чистой совестью, радостно встретить освободителей" ( http://www.sedmitza.ru/lib/text/439943/ ).
Безоговорочное осуждение власовщины тут выражено предельно ясно.
Однако для РПЦЗ Власов блаженный новомученик, для РПЦ МП - презренный предатель, антихрист. Даже церковный историк Митрофанов тут свольничал, а что же говорить о светских историках? Мало того что за объективные изложения исторических фактов чиновники (лучшие знатоки истории всех времен и народов) через суд их могут посадить в тюрьму, так еще и срок за оскорбление религиозных чувств добавят, поскольку тут любое возможное мнение оскорбит одну из объединившихся церквей...
24 апреля 2012 г. в эфире радиостанции "Град Петров" священнослужитель Георгий Митрофанов заявил:

"А если мы задумаемся о том, на какие средства и в каких условиях строился этот храм? Посмотрим на доски, которые висят в этом храме – спонсорами этого храма были весьма сомнительные люди, о которых мы достаточно хорошо теперь уже знаем, кто они такие были. И это было известно уже тогда. И в результате храм этот так и не стал собственностью Церкви. И когда в ряду всех этих событий появляется вот эта панк-группа, она ведь появляется там не случайно – этот храм стал символом современного официозного православия, не только с хорошим, но и с дурным, что есть в нем, этого скрывать невозможно, это же очевидно, хотя бы то, что мы перечислили: связь Церкви с государством, связь с сомнительным капиталом жертвователей, выстраивание новой иерархии, и даже в храме с VIP-прихожанами в одном месте со своей охраной, с простыми смертными d… и т.д. и т.д. И вот там появляется эта самая панк-группа.
Теперь, о чем они пели. Конечно, форма, которую они избрали, представляется мне совершенно дикой по всем параметрам. Не только дело в нецензурных словах, я думаю, что в любом месте это смотрелось бы отвратительно, а в храме это еще более отвратительно, притом даже с эстетической точки зрения, при всех эстетических издержках храма Христа Спасителя. А надо сказать, что пели они, – если убрать эту отвратительную форму, которая мешает воспринимать любому нормальному человеку то, что они хотят высказать, – это серьезные вопросы. Это серьезные упреки, обвинения, на которые, мне кажется, надо отвечать. Я не знаю, как это будет делать государство, видно, как оно это делает, держа в СИЗО, а должна быть готовой ответить Церковь. На упреки в том, что Церковь забыла Бога, вернее, не Церковь, а иерархия; на упреки в том, что она стала прислужницей власти, власти неправой и т.д., оставляя грубость формы. В принципе, мы, священнослужители должны быть готовы отвечать на все вопрошания, в том числе и для нас очень неприятные. Причем, они не просто пели о том, что пришло им в голову, они пели, в грубую форму облекая, о чем говорят очень многие, в том числе и православные люди. И то, о чем не так уж часто мы говорим на официальном церковном уровне. Мы сами должны задавать себе самые главные, самые актуальные вопросы, самые проблемные вопросы, касающиеся нашей жизни. И если это не сделаем мы, те, кому Церковь дорога, это будут делать те, кому Церковь не дорога, кому она враждебна, кто будет хотеть этими вопросами унизить Церковь, а не помочь эти вопросы разрешить. Вот это и случилось в лице этого самого события.
Что произошло дальше – по-своему, очень выразительно. Мы и здесь не смогли отреагировать на эту акцию по-церковному. Мы по государственнечески на нее отреагировали. В принципе хулиганство – да, не первое хулиганство, особенно, Толоконниковой, но почему-то сходило с рук. Тут решили, что с рук не сойдет. Это дело государства, пускай государство как считает нужным, так с ними и распоряжается. Считает нужным задержать – пускай задерживает, считает нужным отдать под суд , содержать в СИЗО – пускай сажает. Но Церковь должна в этой ситуации – этот вызов был брошен ей – высказать свою позицию Первоначально то, что сказал протодьякон Андрей Кураев, по форме мне не очень понравилось, но по существу это было верно. Он не попытался, может быть, всерьез разобраться в том, что они сделали, в том, что они сказали, но он дал понять, что Церкви не подобает на такую заведомо эпатирующую, провоцирующую ее на не церковную реакцию, выходку реагировать вот таким же неадекватным образом. Он предчувствовал, представляя нашу церковную общественность, те вопли, которые начнуь раздаваться тут же: «А вот из мечети они бы живыми не вышли» – но на то это и мечеть, на то это и мусульмане. «А вот в таких-то странах их бы казнили или, по крайней мере, выпороли», – но речь идет отнюдь не о цивилизованных христианских странах, где бы их казнили и выпороли. И такая реакция пошла со стороны православных. Отец Андрей справедливо ернически, подобно этим девицам, попытался все это купировать – этого не получилось.

Прот. Александр Степанов: Его купировали.

Прот. Георгий Митрофанов: Да, он чуть ли не разделил их участь, только что в СИЗО не попал. А что пошло дальше? Дальше мы видим то, что пошло – их арестовали. Ну, хорошо, арестовали, выяснили: они это, не они. Но почему их нужно держать вот уже два месяца, а теперь еще два месяца в СИЗО? И это на фоне того, что в нашей стране отпускают либо вообще не арестовывают, либо отпускают из мест заключения, Бог знает, каких злодеев. И это знают все! Почему именно их надо держать? Ну ладно, государство почему-то их решило держать, и мы здесь не можем приказать государству их отпустить. Но что мы можем сделать, учитывая то, что в обществе сложилось представление, что именно Церковь убедила государство вот этих хулиганок заточить в СИЗО. Мы можем обозначить здесь свою позицию. «Они не просят прощения – значит, мы не будем их прощать», – говорит отец Всеволод Чаплин. Доля правды есть в этих словах, я считаю, что навязывать свое прощение тем, кто в нем не нуждается, его отвергает, – это, действительно, метать бисер перед свиньями, я с этим согласен. Но мы знаем о письме Алехиной, в Страстную пятницу написанном, она просит прощения, слава Богу, не у церковного истеблишмента, а у верующих православных христиан, она оскорбила их чувства, достойно просит прощения, я ничего не могу возразить. Мы знаем даже письмо Толоконниковой от марта месяца, обращенное к отцу Всеволоду Чаплину, где она в более сдержанной форме говорит о чем-то подобном. Но разве это не повод для нас отмежеваться от этих неадекватных, жестоких действий властей и, например, попросить власти освободить их под залог и внести этот залог, чтобы эти феминистки, которые в своем феминистском раже забыли, что они матери, вернулись к своим детям хотя бы до заседания суда. Да, слава Богу, что мы вовремя спохватились и устами Владимира Легойды заявили о том, что Церковь не хочет реального срока заключения для них, а надеется, что срок будет условным. Очень хорошо. Но сейчас конкретная ситуация, как в ней вести себя по-христиански, а не государственнически? Для этого надо выступить с такой инициативой. Откажутся они освобождаться под залог, который Церковь внесла, – это будет их право. Но это покажет, что Церковь в данном случае сделала все для того, чтобы ситуацию разрешить.

Прот. Александр Степанов: Удивительно, что прошло уже столько времени, и реакции вообще никакой на эти письма, как будто бы ничего не было произнесено. А они не могут сказать как-то иначе, как только написав какой-то текст оттуда и послав его.

Прот. Георгий Митрофанов: И вот за этим-то отсутствием реакции стоит, на самом деле, то, что, к сожалению, проявлялось в нашей Церкви и ранее – поразительное бесчувствие к конкретным судьбам конкретных людей, если эти судьбы не связаны каким-то образом с сильными мира сего. Понимаете, когда мы встречаем такое отношение к этим женщинам, я ведь сразу же вспоминаю о многочисленных случаях равнодушного, черствого отношения в нашей церковной среде к куда более благочестивым и достойным людям, которые, в общем и целом, не получают ни должного сострадания, ни должного внимания со стороны нашего духовенства. У нас в Церкви уже выработался стиль довольно грубых, я бы сказал, по-советски жестоких отношений между людьми. И вот здесь мы встречаемся с тем же самым. Неужели мы хотим таким образом авторитет Церкви поднять? Наоборот – нынешняя ситуация привела к тому, что, в общем и целом, в молодежной среде, да и не только в молодежной, просто в интеллигентской среде – мы, конечно, можем их игнорировать до поры до времени, но к чему это приводит, показал 17-й год, – возникают справедливые вопросы к нам: а ученики ли вы Христовы, если у вас не то что любви нет между собой, а нет сострадания? И то, что произошло Великим постом, что Пасхальная радость всегда сопровождалась в русской Церкви посещением предстоятелями узников в темницах… не надо Патриарху посещать, допустим, их в СИЗО, но какому-то священнику посетить, тому же самому отцу Всеволоду, было бы вполне естественно.

Прот. Александр Степанов: Очень странные я слышал разговоры по поводу того, что она окормляется монахами какого-то монастыря и что если будет разрешение священноначалия, то он конечно же он готов сколько угодно, хоть каждый день, туда ходить. Значит, очевидно, есть запрет священноначалия? Если был запрос прямой на то, чтобы он пришел, он готов прийти, – значит, его не пускают. Так надо понимать?

Прот. Георгий Митрофанов: И вот при этом я бы хотел обратить внимание на один нюанс. Для нас они превратились, надев на себя эти маски, в таких полубезликих фигур. Когда о них что-то начинаешь узнавать, то узнаешь вещи очень разные. И должен сказать, что Толоконникова не вызывает у меня к себе какого-то доброго отношения, и это при том, что чем дольше она будет сидеть, тем больше я буду ей сочувствовать. Но вот та же самая Мария Алехина – человек, который в своей жизни пересекался с людьми церковными. Причем не просто на каких-то тусовках, где рассуждают о Святой Руси; она посещала детскую психиатрическую больницу в качестве волонтера, вместе с молодыми волонтерами Даниловского монастыря.

Прот. Александр Степанов: Да, там большое волонтерское движение молодое, в которое они привлекают как церковных, так и нецерковных людей. Вот она среди них была.

Прот. Георгий Митрофанов: Это свидетельствует о том, что это человек на что-то отзывающийся, не только на экологическую проблематику, в которой она себя запечатлела в части Гринпис, но и на чаяния людей, людей несчастных. Причем, это ей представлялось, видимо, в какой-то момент интересным – пообщаться и с церковными молодыми людьми. Что-то она, может быть, не нашла, не услышала для себя; но перед нами человек живой. Я думаю, не очень многим молодым людям придет в голову посещать в качестве волонтера детские психиатрические больницы.

Прот. Александр Степанов: В Москве волонтерское движение развито очень сильно, по нашим меркам – это порядка 3 тысячи молодых людей вообще, со всей Москвы, церковных и нецерковных. В Церкви около тысячи окормляется. Так что из миллионов молодых людей, которые проживают в Москве, это очень скромный процент.

Прот. Георгий Митрофанов: Тем не менее она оказалась среди них. Значит, что-то ее подвигло к подобного рода шагу в сторону Церкви. И сейчас, когда она, по существу, принесла извинения, можно сказать, о чем она раньше думала, вот не подумала, а сейчас принесла извинения.

Прот. Александр Степанов: Она пишет, что она не думала, не предполагала, что это оскорбит. Конечно, странно…

Прот. Георгий Митрофанов: Нам ли не отозваться на это! Поэтому в этой, с одной стороны, пустяковой ситуации, нужно было бы ограничиться просто привлечением к административной ответственности, выплатой штрафа и просто призывом к ним впредь помнить, что издеваться над чувствами, может быть, и не очень безгрешных православных христиан, которых весь XX век куда более жестоко, чем их даже за месяц сейчас преследовали, это не дело – и всё, это было бы уже забыто в обществе, но, может быть, не забыто ими. А сейчас мы укореняем их в самых худших их чувствах, культивируя и в нашей среде не самые лучшие чувства. Как будто предполагая, что это так, мы начинаем придумывать какие-то версии заговоров – вот уже и психопат из Великого Устюга оказывается сообщником этих самых панк-девиц; вот уже какой-то маргинал в Невинномысске вытворяет то же самое. Да случаев, когда в храм врываются то ли психически больные люди, то ли пьяницы в истории русской церкви было всегда полно. Почитаем «Дневник писателя» Достоевского, где описываются разного рода кощунства со стороны представителей нашего народа-богоносца. Это было, есть и будет, и нет здесь никакого заговора. Но мы как будто сами у себя нагнетаем ту самую ярость благородную, которая должна вскипеть, как волна, чтобы этой волной накрыть всех остальных.
Меня поразили, на самом деле, очень серьезно слова Патриарха, сказанные в официальном интервью о том, что, действительно, в православной среде, это вполне понятно, возникло возмущение, в частности, история с «Pussy Riot» и последующие акции. Но вот для того, чтобы эти инициативы прихожан Русской Церкви не были деструктивными, чтобы они были, действительно, с церковной точки зрения оправданными, правильными, мы решили провести молебен и стояние у храма Христа Спасителя. Вот когда я услышал это из уст Патриарха, я ведь на что обратил внимание – Патриарх, конечно, более информирован, чем мы, ему известно о том, что какие-то православные предлагают уже не просто денежные вознаграждения за адреса участниц «Pussy Riot», как это сделал человек, который куда больше дискредитирует Церковь, чем вся эта панк-группа, руководитель фонда Росмолоко и фонда Василия Великого, этот самый Василий Бойко-Великий. Вот на что должны были обратить внимание правоохранительные органы. Что это такое – денежная премия для тех, кто даст вот такую наводку? То есть получается, что Патриарх опасается того, что со стороны каких-то православных панков – иначе их назвать не могу – могут соответствующие акции произойти, пытается как-то аккумулировать каким-то образом в молебен? В каком состоянии пребывает наша Церковь? И я полностью солидарен со словами отца Андрея Кураева, сказанными в связи с этим шабашем по поводу «Pussy Riot»: «Я не узнаю свою Церковь».
Мне бы никогда в голову не пришло в советский период, что православные христиане могут так реагировать на что бы то ни было. А уж попытка проводить аналогию между гонениями 20-30-х годов и нынешней ситуацией – это свидетельство того, что у нас потеряно просто чувство реальности. Это недопустимо по многим параметрам. Но самое главное, здесь поражает меня прежде всего то обстоятельство, что мы, в конечном итоге, поступаем здесь очень не церковно, но очень государственнически. Причем, имея в виду не государство правовое и демократическое, а то самое переходного типа государство от тоталитарного к правовому, в котором мы сейчас живем.

Прот. Александр Степанов: Где все по понятиям.

Прот. Георгий Митрофанов: Совершенно верно. Для друзей – все, а для остальных – закон".

Через несколько дней после выхода передачи в эфир патриарх запретил Митрофанову выступать в СМИ.

Потом приговор вынесли, кощунницы сейчас в заключении. Теперь при желании можно посадить в тюрьму за оскорбление чувств верующих православного священника. А невоцерковленных светских людей и тем более. Многим из них вовсе даже и невдомек, чем они могут ненароком обидеть верующих...

Митрофанов упомянул другого священника - Кураева. Он тоже только что выступил с протестом против принятия закона против богохульства:

Эхо пляски в Храме



27 июн, 2013 в 21:45


"...Но это ведь только кажется, что подобного рода скандалы отшумят и пройдут и все пойдет по-прежнему. На самом деле это не так. Шумит здесь, а отзывается совсем в другом месте. Недавно встречался с настоятелем крупного отдаленного монастыря, достаточно известного. И тот горько сетовал, что после зимне-весенних московских скандалов с плясками в храмах его отдаленный монастырь покинули большинство благодетелей и "если раньше в неделю два автобуса с паломниками, то теперь два в месяц". Останавливается строительство, беднеет стол монахов и паломников, начались долги. Вот так. И если скандалов и провокаций, возможно, избежать нельзя (особенно только что упомянутых), то минимизировать их последствия можно".
Это Борис Якеменко.

http://boris-yakemenko.livejournal.com/355096.html

Очень интересное свидетельство о реальном общественном и церковном отклике на события прошлого года.
Почему стало меньше паломников?

Их отпугнула пляска в храме? Но само по себе очевидное оскорбление в адрес веры скорее сплачивает верующих. Они сочли подвергшийся поруганию храм утратившим благодить? Но пляска была в другом храме, а не в этом монастыре.

Общественное мнение вдруг резко поддержало кощунствующих плясуний? Но этого точно не было в первую
неделю после самого события. Тогда был консенсус в вопросе об осуждении этой пляски.

Значит, перемена в общественном мнении, причем не только в нецерковном, но и в околоцерковном (атеисты не будут паломничать автобусами) произошла позже. Так что же произошло позже и реакцией на что именно стало охлаждение людей к церковной жизни?

Ответ очевиден: была продекларирована ставка на беспощадную роскошь. Открыто и официально были озвучены тезисы, разительно отличавшиеся от того, что люди хотели видеть в Церкви: апология роскоши начальства и откровенная силовая мобилизация для отпора тем, кого, как оказалось, христианам никак не можно прощать и миловать.

Так что я вполне согласен с нынешним текстом Бориса Якеменко. Но полтора года назад он писал совсем иначе: http://diak-kuraev.livejournal.com/286877.html. За это время звезда "Наших" закатилась. Якименко в политической отставке. И теперь может думать и писать свободно. Может, в своем высоком философском досуге он сможет найти время и для того, чтобы открыто оспорить свои же суждения и приговоры тех дней.

Я же за это время от десятков священников слышал: число собственно прихожан не убавилось. Но стало заметно больше холода вокруг Церкви. Стремительно истончается слой "симпатизантов". Те, кто ранее при случае с радостью по мелочи помог бы Церкви, теперь и в самом деле настроены скорее настороженно. Те, кто ранее при случайной встрече спрашивали - "батюшка, расскажите, посоветуйте, а как мне...", теперь говорят: "да что же у вас там...!".

http://diak-kuraev.livejournal.com/490598.html

Можно совсем не симпатизировать Митрофанову и Кураеву, иметь с ними во многом противоположные взгляды. Но нельзя не признать, что они едва ли не исчерпывают собой всех представителей клира, способных самостоятельно думать и открыто заявлять свои мнения.
Едросы таких не любят. Потому и намерены принять закон о санкциях за оправдание нацизма.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments